mama_zima2013 (mama_zima2013) wrote,
mama_zima2013
mama_zima2013

Categories:

Детство. Родители. 5.

http://mama-zima2013.livejournal.com/289350.html -  часть 1
http://mama-zima2013.livejournal.com/290630.html -   часть 2
http://mama-zima2013.livejournal.com/292242.html -   часть  3
http://mama-zima2013.livejournal.com/293790.html -  Часть 4


                                                                Детство.  Родители. 5.

Дом,  в  котором  мы  жили,  был  новым,  четырехэтажным.  На  первом  этаже   жил  капитан  I  ранга  Дианов,  для  нас  “дядя  Саша”.
Дядя  Саша  жил  с  женой  Адой  Адольфовной,  высокой  дородной  женщиной.  У  Диановых  детей  не  было,  но  была  белая   сердитая  кошка,  которую  Ада  Адольфовна  очень  любила.
На  втором  этаже  жил  генерал  Зырянов  с  женой  Калисой  Гавриловной  и  детьми: Тамарой  и  Володей.  Володя  был  на  год  старше  меня.   Это  был  мой  друг,  можно  сказать,  с  младенчества.  Мы  играли  в  какие-то  игры,  сооружая  из  стульев  поезд,  как  нас  терпели  наши  мамы,  трудно  сказать.  Калиса  Гавриловна  была  женщина  молчаливая,  строгая,  я  ее  побаивалась,  что  не  мешало  нам  с  Володей  наводить  некий  беспорядок  то  в  их  квартире,  то  в  нашей.  Тамара  напоминала  мне   тургеневскую  барышню.
У  Зыряновых  был  пес  из  породы  волкодавов,  такая  темного  окраса  рослая  овчарка.  Он   постоянно  третировал  нашу  добрую  красавицу  Сильву,  тоже  овчарку,  которую  за  эту  доброту  с  границы  и  списали: она  любила  всех,  и  своих,  и  чужих.
Наша  квартира   была  на  третьем  этаже,  над  Зыряновыми.
Квартира  во  Владивостоке  была  большая,   около  100  кв. м,
Валина  комната  находилась  рядом  со  столовой.  в  столовой  стоял  мой  диван,  там  я  спала,  а  в  противоположном  углу  был  мой  кукольный  уголок.
Стол  был  овальной  формы,  когда  собирались  гости,  стол  раздвигали,  и     можно  было  разместить  сразу  человек  десять.
Дальше  шла  гостиная - самая  большая  комната ,  в  ней  стояло  хорошее   пианино,  то  ли  Stainway,   то  ли
Bechstein .  По  моему  там  даже  были  канделябры,   напротив  стояла  китайская  роза  в  бочонке (так  тогда  называли  Гибискус).  Он  цвел  красными  махровыми  цветами.  В  третьем  углу  стоял  диван,  а  перед  ним   лежала  шкура  белого  медведя.  Это  было  мое  царство:  угол  за  диваном  служил  то  домом,  то  убежищем,  а  шкура   была  полем,  где я  сеяла  бусины,  а  потом  собирала  урожай.   Посреди  гостиной  лежал  большой  зеленый  ковер.  Вся  мебель  была  казенная,   на  ней  можно  было  разглядеть   алюминиевые  бирки.
За  гостиной  располагалась  комната  родителей.
Кухня  была  с  печкой,   топили  ее  углем,  тут  маме  помогал  ординарец.  Солдат  приходил  утром,  приносил   уголь.    В   подвале  дома   находились  кладовки.  У  каждой  квартиры    -  своя.
Там  хранилась  квашеная  капуста,  разные  ненужные  на  данный  момент  предметы  и, кажется,  уголь.

Напротив  нас  жили  Ионовы:  Петр  Иванович  и   его  жена,  которую  прозвали  Пекочкой:  наверно  она  так  звала  своего  мужа.   Она  была  симпатичной  очень  ухоженной   пышечкой,  любившей   покупать  красивую  мебель,  украшать  квартиру  разными  занавесочками,  корзиночками,  что  в  наше  время   никого  не  удивляет,  а  тогда  как-то  не  приветствовалось.  Пекочка  была   полной  противоположностью  маме: мама  была  всегда  немного  отстраненная,  с   мечтательным  взглядом.

Такой  мама  была  в   1927 году,  когда  они  с  папой  поженились.Про  ее  глаза  я  всегда  хотела  сказать: глаза  с  поволокой.
На  четвертом  этаже  жил  особист  Просекин,  с  его  дочкой  Людой   я  играла  во  дворе.  Уж  не  помню,  в  какой  квартире  жили  Арефьевы:  жена  Арефьева  была  шумная.  веселая,  курила  и  разговаривала  всегда  громко. Арефьевы  и  Диановы  были  ленинградцами.
Мы  тогда  не  задумывались,  кто  генерал,  кто  адмирал,  кто  полковник:  это  были  наши  соседи.  Хотя, только  сейчас  я  выяснила,  что  дядя  Саша  Дианов  тогда  еще  контр - адмиралом  не  был,  он  им  станет уже  в  Ленинграде.                                                                                          
Про   Павла  Ивановича  Зырянова   мы  знали,  что  он  -  начальник,  а  папа,  Дианов,  Ионов  и  Арефьев  -  его  замы  по  разным  направлениям:  Приморский  (Дальневосточный)  округ   был  большой.
Праздники  отмечали  всегда  всем  домом:  взрослые  собирались  в  какой-то  из  квартир,  а  дети  носились  по  всему  дому.
Летом  мы  выезжали  на  дачу   на  станцию  Океанскую.  Там  был  большой  одноэтажный,  а,  может,  и  двухэтажный,  дом  с  верандой  по  всей  длине  дома.  Никаких  заборов  вокруг  дома  я  не  помню,  он  стоял  свободно.  В  нем  было  много  больших  комнат.  Жили  в  нем  те  же  соседи,  что  и  в  доме  в  городе.  Зыряновы,  наверно,  жили  на  какой-нибудь  ведомственной  даче,  полагавшейся  Павлу  Ивановичу  по  рангу,  а  Диановы,  Ионовы   и  пр.  жили  в  этом  доме.  Запомнилось,  что  на дачу   мы  ехали  на   “Виллисе”,  и,  кажется,  сиденья  у  него  были  жесткие.
Тогда  во  Владивостоке  было  много  американских  машин :  “Студебеккеров”, “Фордов”   и  Виллисов,  которые  специально  делали  в  Америке  для  СССР   по  ленд - лизу.   Ленд - лизовские  “Студебеккеры”  во  второй  половине  войны  были   основным  шасси  для  наших  “Катюш”,  т.к.  все  “Катюши”  на  отечественных  шасси   были  уничтожены  войной.    “Студебеккеры”  были  мощные  красивые  машины,  я  по малолетству  считала,  что  это  наши  отечественные  машины,  и  была  очень  удивлена,  когда   они  исчезли,  а  вместо  них  появились  наши  “полуторки”.

Studebaker_US6  -   1941 - 1945 гг.


Автомобили,  получаемые  в  годы  войны  по  ленд-лизу.
Кстати,  армия  и   часть  “гражданки”   получали  в  пайках  американскую  тушёнку,  масло  и  шоколад.   Я  хорошо  помню  эти  большие  банки  тушёнки  золотистого  цвета  с  черными  буквами.
По  ленд - лизу  поставлялись  и  сульфаниламиды,  и  пенициллины,
спасавшие  наших  раненых  бойцов  в  госпиталях.  Я  уже  писала,  что  сестра  Валя   после  всех    переживаний,  бомбежек  по  дороге  в  Москву,  в  Перове  заболела  воспалением  легких,  и ее  тоже  спас   пенициллин.
Но  вернемся   на  Океанскую   в  большой  дом  с  верандой:   на  веранде   стоял  длинный  стол,  и  когда  кто-то  варил  варенье  или  пек  пироги,  то   всегда   угощал  соседей.  Обедали  мы  тоже  за  этим
столом.  Я  не  помню,  чтобы   были  какие-то  ссоры.  Вернее,  может,  они  и  случались,  но  быстро  погасали:  все  же  жили  дружно.
До  моря - океана  было   идти  не  то,  чтобы  далеко.  но  и  не  близко.  Для  справки:  Владивосток  стоит  на  берегу  Японского  моря,  которое  является  самым  южным  из  морей  Тихого  океана,  омывающих  Россию.

Японское  море  -  Тихий  океан.  Если  от  слова  "Россия"  на  карте  опустить  вниз  линию,  то  сразу  попадешь  на  Владивосток.  А  справа  -  Япония.  Впечатляет ?
Помню  какое-то  фото,  где  я  бреду  за  мамой  и  Валей  в  трусах  и  панамке  с  ведерком  в  руках.  На пляже  был  песок,  я  любила  рыть  в  этом  песке  ямы,  довольно  глубокие.  и  однажды  на  дне  такой ямки  меня  цапнул  за  палец  краб.  Этих  крабов,  черных  и  не  очень  крупных,  было  великое множество.  А  рыбаки  продавали  больших  крабов,  выловленных  далеко  в  море.


Крабы,  небольшие  разноцветные  медузы  и  морские  звезды  были  для  нас  обычным  явлением.

Вдруг  вспомнила,  как  мы  с  папой  на  лодке  поплыли  в  прекрасный  летний  день   на  прогулку  в  море,  и  вдруг  этот  чудесный  день  сменился  ветром  и   довольно  большими  волнами.  Мы.  конечно.  благополучно  вернулись  обратно,  но   было  страшно.  Жаль,  что  я  не  помню  подробностей,  но  думаю,  что  папа    очень  волновался,  пока  мы  добирались  до  берега.
На  даче  мы   пережидали  короткую  войну  с  Японией.  Она  началась  8  августа  1945 года.  Все  наши отцы   отбыли  по  месту  дислокации  войск,  а  мы   только  слышали  отдаленные  взрывы.  Насколько  я помню,  война длилась  недолго:  папа  вернулся  домой  месяца  через  два.  в  сентябре -  октябре.

Слева  направо:   Капитан  первого  ранга  Дианов (дядя  Саша),  полковник  Тиканов (папа)  и   полковник  Арефьев.   Все  мы  жили  в  одном  доме.


Генерал  Зырянов.  Павел  Иванович  Зырянов.
Последний  раз  я  видела  Павла  Ивановича  в   1959 году.  Они  приезжали  к  нам  на  дачу   с  Володей  и  Калисой  Гавриловной.  Я  тогда  готовилась  поступать  в  Менделеевский  институт,  голова  была  занята  химией  и   любимым  мальчиком.   Мы  с  Володей   расставались   семи - восьмилетними  детьми,  а  встретились  уже   почти  взрослыми.  Мы  с  ним  хорошо  дружили:  не  помню,  чтобы  мы  ссорились.  Уже  живя  в  Москве,   мы  ездили  к  ним  на  дачу.   Это  была  ведомственная  дача  с  поваром,  охраной.  Зыряновы  всегда  предпочитали  собак,  и  на  даче  у  них   бегал  упитанный  боксер  со  свирепой  мордой.  Потом  папа  сказал,  что  он  слегка  заволновался,  когда  боксер  пришел  с  ним  знакомиться.
Наша  семья  всегда  предпочитала  кошек.  Во  Владивостоке  у  нас  был  кот  Мурзик,  красивый  черно -  белый  пушистый  кот.  Все  наши  коты  гуляли  свободно  и  предпочитали  посещать  склады,  где  работали  японцы.  Там  было  много  мышей  и  крыс.
Сильва,  немецкая  овчарка   светлого  окраса,  появилась  у  нас  в  доме  случайно:  на  границе  выбраковывали  щенков,  не  годных  к  пограничной  службе:  Сильва  была  доброй  собакой,  она  любила  и  хороших  людей (пограничников),  и  плохих,  изображавших  шпионов.  Потом  мы  узнали,  что  ее  щенки  тоже  не  отличались  агрессивностью. Помню,  я  сидела  в  ванне  и  играла  в   игрушки,  вдруг  дверь  открылась  и  вошел  папа  с  щенком  на  руках.  Он  был  еще  в  шинели,  наверно,  быстрее  хотел  показать  мне  щенка.  Это  и  была  наша  Сильва.


Сильва  была  такая.  (Фото  из  Интернета).


Это  мы  летом  приехали  из  Владивостока  к  бабушке  (в  центре).  Снимок  сделан  у  дома  тети  Сони -  старшей  папиной  сестры.  Это  -  ее  семья.  Они  жили  в  Новогирееве  на  шестом  проспекте.  Уже  в  70-ые  там   стояли  многоэтажные  дома.  Я  там  бывала  у  подруг  и  всегда  вспоминала   сад  тети  Сони:  они  с  бабушкой  были  отличными  садоводами.  На  фото  я  с  двоюродной  сестрой  Люсей  ( крайняя  справа).  Дядя  Саша    и  тетя  Соня  Громовы  были  очень  дружны  с  нашей  семьей.

http://mama-zima2013.livejournal.com/985.html -  наши  коты  и  кошки  и  Сильва.
http://mama-zima2013.livejournal.com/132432.html -   Папа.

Tags: # воспоминание, #детство, #родители
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments